TRAVKIN-
MUSEUM.RU

Плес, 1410
Записки археолога

ГЛАВНАЯ ПЛЁС МУЗЕЙ-УСАДЬБА ЦЕНЫ КОНТАКТЫ ССЫЛКИ
Главная  Написать письмо  Карта сайта  Обратная связь 

Очистить Волгу от пиратов!

В нашем музее



Волжская магистраль не только связывала русские княжества - она, по большому счёту, соединяла Западную Европу с Востоком, Средней Азией, а ещё дальше - с заветной Индией с её драгоценным колониальным товаром. Пряности! Стоили они в Европе буквально на вес золота. Очень выгодный товар. Ради него западноевропейские мореплаватели освоили было морские пути в Индию, да вмешались турецкие завоеватели: перекрыли традиционные маршруты. Начали европейцы искать обходные пути в Индию. Открыли Америку, обрадовались, Индией сгоряча назвали…

А вот русские торговцы, те же знаменитые новгородские "гости", ради такого товара в морских экспедициях не нуждались. Западная Европа, с её запросами, у новгородца практически под боком. А на восток, к заветным пряностям, течёт великая река, течёт до самого Каспия.

Добирался до неё новгородский купец по системе рек, последняя из которых, река Кострома, впадала в Волгу. Как раз там, где стоял одноимённый, но, к великому сожалению, не новгородский, а московский городок. Стоял и откровенно мешал новгородцу, как, строго говоря, и все остальные города и промежуточные таможни на Волге, русские и ордынские. Договариваться о проезде, вероятно, не всегда удавалось, и тогда приходилось покупать восточные товары здесь же, но уже по дорогой цене. Чем ближе к Новгороду, тем дороже! И как не могла прийти в таком случае купцу в голову шальная мысль: попробовать пройти напролом. Рискованно, нет слов, но зато какая прибыль!

К концу XIV века купеческие объединения Господина Великого Новгорода уже отработали тактику организации волжских экспедиций. Они давно поняли, что в данном деле неоценимую услугу им может оказать как раз та категория горожан, которая была нежелательной в самом Новгороде. В любом городе имелся криминальный элемент (а чем богаче город, тем больше нахлебников), который, ради безопасности мирных граждан, время от времени следовало удалять, ссылать "за 101-й километр". Богатые купцы предлагали дальний, но заманчивый путь: на Волгу, грабить, разрушать, и тем самым расчищать торговую дорогу на восток. В историю новгородские сорви-головы вошли как ушкуйники, или ляпуны.

По поводу этих речных разбойников, что передвигались по большим и малым рекам на вертких, маневренных кораблях-ушкуях, исследователи строят множество догадок. Мы отложим споры о времени появления данного феномена, о том, можно ли отнести к ушкуйничеству морские походы новгородской судовой рати на запад или колониальные на реку Обь. Нас интересует период XIV-XV веков и проблема борьбы за водные пути на восток.

И здесь мы, прежде всего, обратим внимание на тот факт, что организация большого похода, как и строительство серьёзной крепости, требует немалых средств. Вспомним: "Ходи Анфал на Болгары Камою и Волгою, - сто насадов Камою, а Волгою полтораста насадов" (1409 год). А полуторатысячная рать под предводительством воеводы Прокопа в 1375 году? Походы 1360, 1361, 1367, 1370, 1371, 1374, 1375, 1386, 1395 годов… Да сколько их осталось не упомянутыми в старинных хрониках. Кстати: новгородские летописцы о подвигах своих земляков-пиратов, в большинстве случаев, предпочитали целомудренно умалчивать . И чем бы они не заканчивались, начинались все одинаково: с большой организационной работы и больших вложений, сделанных ради ещё большей прибыли. Вслед за В.Ю. Халтуриным, ещё раз укажем на основную заинтересованную сторону: торговые объединения Великого Новгорода, вроде "Ивановского ста", имевшего прочные связи с Ганзейским купеческим союзом. Перед боевыми отрядами ушкуйников всякий раз могла ставиться конкретная задача: расчистить дорогу купеческому торговому каравану. Вот вам для этого корабли, оружие, провиант. Вся добыча - ваша. Сделав дело, можете исчезнуть, "раствориться в воздухе". Летописи указывают на подобное успешное завершение отдельных походов. В 1374 году, ограбив, под конец своего разбойного "хождения", город Булгар, пиратские отряды разделились; часть разбойников, спустившись вниз по Волге, "иссекоша" свои корабли и попросту разбежалась с награбленным, кто куда.

Объектом более пристального внимания хронистов, как правило, становились события экстраординарные, те, например, когда ушкуйники встречали серьёзное и разностороннее противодействие. Потерпевшие - русские и ордынские правители - вовсе не желали терпеть! У русских княжеств были свои купцы и свои экономические интересы. А купцы, заметим, не беднее новгородских. Да к тому же такие щедрые, что великие и удельные князья в своих договорах обещали друг другу всех этих волжских "суров" и "суконников" к себе не переманивать (дабы можно было у любого из "равноудалённых", например, занять в нужный момент солидную сумму денег). Доходами от торговли развивались и укреплялись города, пополнялась налогами казна, если нужно, организовывалась и оборона княжеств (вспомним участие "суконной сотни" в защите Москвы от Тохтамыша). Ушкуйники же на Волге всех встречных торговцев нещадно грабили, что также вызывало праведный великокняжеский гнев.

Ещё 1367 году, после очередных бесчинств разбойников-ляпунов, осерчавший на новгородцев Дмитрий Иванович московский расторг с ними мирные отношения, что было равносильно военной угрозе: "разверже с ними мир и ркучи "за что ходили на Волгу воевать и гостеи многих пограбили". Великокняжеский гнев мгновенно возымел отрезвляющий эффект. "Того же лета ноугородци прислаша к великому князю бити челом и дары многи принесоша" . Весь Господин Великий Новгород ответил за "шалости" своих посланцев, хоть формально те пошли без вечевого согласия, как бы по частной инициативе. И в остальных случаях, кстати, про отсутствие разрешения ничего не говорится (весьма красноречиво!), но так же, как в 1367-м, кто-то всё это разбойное войско собрал, вооружил, снабдил всем необходимым для далёкого похода…

Будучи данниками Орды, русские князья обязаны были обеспечивать и безопасность восточных купцов. Доля восточной торговли для Руси постепенно возрастала, гости-"бусурмане" также оставляли деньги и необходимые товары на волжских таможнях и русских рынках. За их обиды ушкуйников велено было отлавливать и отправлять в Орду для наказания. В 1360 году такую облаву сообща учинили суздальский, костромской и нижегородский князья.

Выговоры от восточного владыки время от времени получал и Дмитрий московский. Так и оказалась практически вся вторая половина XIV столетия временем ответных действий на активную новгородскую военно-экономическую агрессию. Дмитрий Иванович то и дело ссорился и мирился с Новгородом, периодически освобождая волжскую магистраль для нормальной торговой деятельности своих и ордынских купцов. Всё изменилось со сменой московского правителя, хотя и не вдруг. Только к 1410 году Василий Дмитриевич принял решение разовые акции заменить чем-то более надёжным и глобальным и, в конце концов, покончить с новгородским пиратством раз и навсегда. О его серьёзных намерениях, а самое главное, о начале конкретных действий, мы можем судить уже по событиям 1409 года.

Для справки





Copyright © http://www.travkin-museum.ru
All rights reserved

travkin-museum@mail.ru